Новость на Newsland: Кремлевский гамбит

4 апреля вступил в силу обновленный вариант закона «О политических партиях». Согласно новым правилам, процесс регистрации партий стал проще, а необходимая для получения регистрации численность снизилась с 40 тысяч членов до 500 человек. Вокруг изменения законодательства о партиях было сломано уже немало копий. Казалось бы, новая редакция закона целиком и полностью в интересах оппозиции. Однако это не так. Кремль осуществил потрясающий по своему коварству маневр, призванный упрочить пошатнувшиеся после 4 декабря 2011 года позиции и преодолеть последствия стремительно упавшего рейтинга «Единой России». Это может показаться парадоксальным, но, если приглядеться к ситуации более пристально, все встанет на свои места.

Основной «фишкой» минувшего политического сезона, напомню, был недопуск значительного числа политических оппонентов Кремля сперва к парламентским, а затем – и к президентским выборам. Следует ли говорить, что результаты выборов, к которым под формальным предлогом не допущен хотя бы один участник, становятся заведомо нелегитимными? И если с потенциальными кандидатами в президенты все было довольно просто и топорно – ЦИК попросту браковал подписи в поддержку самовыдвиженцев, признавая их недействительными, то с недопуском ряда партий к выборам в Государственную Думу все было гораздо интереснее.

В преддверии парламентских выборов 2011 года, о своем намерении участвовать в них заявило множество политических партий и организаций самого различного идеологического спектра - от левых до правых, от либералов до умеренных националистов. Для участия в выборах, согласно российскому законодательству, каждая из партий должна была получить официальную регистрацию в Министерстве юстиции, а для этого (по старому законодательству) – собрать не менее 45 тысяч членов и создать свои представительства (региональные отделения) в не менее чем 45 субъектах РФ. Однако всем без исключения политическим организациям, подававшим документы на регистрацию в Минюст было отказано (а некоторым из них - несколько раз подряд). Таким образом, к участию в избирательной кампании антиконституционно не было допущено 7 оппозиционных политических организаций («Российский объединенный трудовой фронт», «Другая Россия», «Партия народной свободы», «Родина: Здравый смысл», «Воля», «Партия Дела» и «Пиратская партия»).

Следует отметить, что практически ни в одном из случаев отказа претензии к численности партий или количеству региональных отделений Министерством юстиции не предъявлялись – а значит, речь идет о политических организациях, каждая из которых имела не менее 45 тысяч членов (а зачатую и больше), а следовательно, отказ в регистрации и, как результат, в допуске к выборам, лишил коституционного права на создание объединений и участие в политическом процессе страны десятки тысяч граждан. Кроме того, фактически лишились права избирать, также зафиксированного в Конституции РФ, и люди, не являющиеся членами незарегистрированных партий, но готовых проголосовать за них на выборах – а это уже действительно значимые цифры – полагаю, здесь счет идет в совокупности, как минимум, на сотни тысяч избирателей. Претензиями же Министерства юстиции, послужившими причиной отказа в регистрации, стали, практически во всех случаях, претензии к уставу партий как, якобы, не соответствующему законодательству РФ (насколько они обоснованы, можно судить хотя бы по тому, что, в частности, партия «Другая Россия» скопировала при регистрации положения устава КПРФ, а «Партия народной свободы» - устава «Единой России», однако к уставу КПРФ или «Единой России» у Минюста, очевидно, никаких претензий нет). Стоит ли говорить, что налицо политический характер недопуска к участию в выборах значительного спектра политических сил, независимых от Кремля, панический страх «Единой России» выйти на дебаты с настоящими оппонентами, реальной оппозицией?

А теперь взглянем на новый закон. Меняет ли он механизм регистрации партий, делая его уведомительным (взамен фактически разрешительного) или хотя бы выводя его из-под юрисдикции Министерства юстиции, уже продемонстрировавшего «избирательный» подход к регистрации партий на минувших выборах? Ответ отрицательный. Это значит, что даже если партия соответствует сильно сниженным новыми поправками требованиям, Минюст, как и прежде, может отказать ей в регистрации, а значит, и не допустить до выборов, на основании наличия или отсутствия какого-либо подпункта Устава, который, фактически, является внутренним документом организации и никого, кроме ее самой, не касается.

Значит ли это, что ни одной новой партии не будет зарегистрировано? Отнюдь. Наоборот, избирателю предоставят широкий набор из самых разномастных «политических сил» – начиная от «Партии любителей пива» и заканчивая «Партией субтропической России». Однако среди них либо не окажется партий реальной оппозиции, которым отказывали в регистрации и при 45 тысячах членов, либо они затеряются во всем бессмысленном многообразии новой волны партий «любителей пива». Запрет создавать избирательные блоки, никуда не девшийся в новой редакции закона «О политических партиях» не позволит оппозиции выступать на выборах единым фронтом. Кроме того, наблюдая все кричащее «разнообразие» новоиспеченных партий с дурацкими названиями и никому не известными лидерами, избиратель неминуемо будет тяготеть к «старой гвардии»: КПРФ, ЛДПР, «Справедливой-» и «Единой Россия». А 5-процентный барьер прохождения в Думу, который также никто и не думает снижать, перераспределит голоса, отданные за «политическую мелочь», не сумевшую его преодолеть, в пользу «партии власти» и ее саттелитов, получающих пусть и относительное, но большинство.

Нельзя не признать, что, проведя подобный политический гамбит, Кремль, пожертвовав абсолютной монополией на допуск к участию в выборах, разрешил сразу ряд стоящих перед ним с декабря минувшего года серьезных проблем. Во-первых, отделался от претензий в недемократичности и недопуске никого, кроме «своих» к участию в избирательном процессе. Во-вторых, нашел способ «подтянуть» изрядно упавший после декабрьских выборов авторитет «Единой России» и прочих «системных» партий («лучше уж эти, чем «партии любителей пива»). И, наконец, смешал реально существующую политическую оппозицию с «потешным полком», чем существенно понизил ее статус. Тем не менее, пока рано судить, как именно будет функционировать новая политическая реальность. Возможно, первые ее черты будут выявлены в ходе ближайших местных и муниципальных выборов, которые в ближайшей перспективе состоятся в России.